А то все трава!.".
— Леонтию Ивановичу! — наконец взвешивается перебить его Кузьма. — Опять с моим что-то... Едва из забоя выбрался.
— Спазмы? Тромбы? Или, может, инфаркт?
— Не знаю, — едва оттягивает голос Козьма, а глаза прячут стеснение под густыми серыми бровями, в которых полно набиты пыли.
— И что же теперь будет? — Добриваясь, бригадир вытягивает шею перед зеркальцем, подогнанным на карнизе вагончика. — Повишаемо носы, пусть немного повисят, как ли?
Тетя Екатерина, поняв, чем все это угрожает, спешит напомнить мужчине:
— Мы с тобой собрались детей навестить!
— Отойди, солнышко, потому что могу врезаться.
— Оскребайся быстрее и едьте!
— Сначала глянем, что там у него, — складывая бритву, говорит Леонтый Иванович и, опять напевая свой мотивчик, трогается с Козьмой к танку, где уже сбились чередой несколько бульдозеров в ожидании, пока освободится подогнанный на танку кран. (Под вечер около танка каждый раз завозный, на протяжении дня работы чуть ли не в каждого набежит какой-то ремонт).
Сердитым, ревнивым взглядом следит Бражиха за мужчиной, и ей аж на целую степь завопить хочется, когда она видит, как мужчина, сбросив чистую рубашку, что уже успел был одеть, снова цадуплюе на себя рабочее и лезет под брюхо
Связанные записи
Дата публикации: 17 12 10 Если понравилась запись, поставьте ей звездочку:
(Еще не оценили)
Loading ...